Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

башка

Завещание крестьянина Бороткина 1691 года

Я, Прокопий Маркович Бороткин, крестьянин Лузской Пермцы Лоемской волости... [завещаю]... мои деревни, дворы, дома во дворах и вне дворов, сенные покосы и луга, участки рыбной ловли и другие деревенские угодья, которыми прежде владел мой отец Марко, а после него владел я, Прокопий, по купчим, закладным и другим письменным договорам, и всё зерно, хранящееся в амбарах, скот, коней и коров, запасы сукна, меди, железа и другие запасы... моему сыну Фёдору Прокопьевичу и его жене Марине...
Collapse )
башка

Как я провожу отпуск

Что делать в отпуске, да ещё в такую погоду? Я решил обмазать глиной и побелить печку-камин на даче. Печка у меня в срубе, камин - в террасе, дымоход общий. Дачей у русских может называться загородная вилла первого секретаря и то, что у американцев называется cabin, или хижина, как у меня (перефразировав бывшего спецкора New York Times в Москве Хендрика Смита, по книжке которого "The Russians" я изучал английский).

Глину я накопал, ещё когда делал сточную яму. Печник*, клавший печку с камином, сказал, что глина у меня хорошая. Было это, правда, 20 лет назад, с тех пор неизрасходованная глина лежала в мешках в гараже. Вот, наконец, через 20 лет у меня дошли руки и чтобы обмазать печку.

Купил негашёной извести, ведро песка взял у соседа. Гасил и разводил известь по инструкции - в перчатках и очках (ибо растворение её в воде происходит при бурном выделении газов с температурой выше 150 градусов). Инструкция советовала для побелки использовать раствор "консистенции сметаны". Я так и сделал и, оставив раствор остывать, замесил для обмазки  глиняный раствор примерно из одной части природной моей глины, одной части соседского песка и колодезной воды. Яйца и творог добавлять не стал, пожалел. Мешать лучше руками - так чувствуются даже мелкие камешки, очень мешающие потом при обмазке и побелке.

Начать решил с камина, так как была суббота, а в субботу русские печек не белят. Это я прочитал в интернете, а про камин там ничего не было. Обмазал глиной камин и понравилось мне, что я сделал. Стал белить обмазанный камин известковым раствором "консистенции глины". Уже через час после побелки она потрескалась и начала отваливаться. Не помогло ни добавление в раствор соли, ни мочение глины перед побелкой (та же инструкция в интернете). Два раза пришлось высохшую побелку снимать, вернее сбивать, так как потрескалась и легко слезала она не везде, и местами её было не отковырять. На третий раз я решил наплевать на инструкцию, сделать раствор жидким, как молоко, и белить насухо. И ещё загрунтовал печку раствором из гашёной извёстки, глины и песка. В использованной формуле грунтовки главный принцип - связуемое должно иметь общее. Наконец, всё получилось, а результат под катом.
Collapse )
Как следует потренировавшись на камине, в воскресенье перешёл к печке. Так как негашёная известь у меня кончилась, а в магазине её не было, пришлось купить гашёную. Причём, я дважды спросил у продавца, уверен ли он, что она гашёная (на трёхкилограммовом пакете была надпись "Строительная известь"), так как инструкция на мешке предупреждала, чтобы я был осторожен, работал в перчатках и очках. Успокаивал меня и один из покупателей, поклявшийся, что он белил у себя этой известью столбики, и что она гашёная.  В общем, мои опасения подтвердились - часть извести оказалась негашёной, и раствор якобы гашёной извести в итоге забурлил. Будьте и вы недоверчивы и осмотрительны с этой известью - и в субботу, и в воскресенье. Всё остальное прошло гладко, а результат тоже под катом.

Collapse )
*) Звали моего печника Иваном Николаевичем, и нашёл я его в Мальково, опрашивая по домам, живёт ли там у них какой-нибудь печник. Печник по совместительству работал главным инженером на заводе игрушек. Замечательный оказался печник, хотя наотрез отказывался класть камин, ссылаясь на то, что ни разу этого не делал. Насилу его уговорил, пообещав, что всю ответственность за тягу возьму на себя. Тяга получилась отменная, особенно у печи.
башка

Лето Господне



Красная площадь во второй половине XVII века, 1925. Аполлинарий Михайлович Васнецов

В древности люди были необразованные и ничего не понимали в архитектуре. Поэтому они не строили метро, не ставили памятники Пушкину и Грибоедову и загромождали Красную площадь торговыми рядами со всякими дешёвыми отечественными товарами. Лужкова и Собянина тогда, к сожалению, в живых ещё не было, поэтому запретить крестьянам торговать в Москве никто не мог.

Описать все царившие при царском режиме безобразия мне не под силу. Лучше Ивана Шмелёва эту торгово-мафиозную вакханалию ещё никто не изображал.

[Spoiler (click to open)]


Постный рынок.

Народу гуще. Несут вязки сухих грибов, баранки, мешки с горохом. Везут на салазках редьку и кислую капусту. Кремль уже позади, уже чернеет торгом. Доносит гул. Черно, – до Устьинского Моста*, дальше.
Горкин ставит Кривую, закатывает на тумбу вожжи. Стоят рядами лошадки, мотают торбами. Пахнет сенцом на солнышке, стоянкой. От голубков вся улица – живая, голубая. С казённых домов слетаются, сидят на санках. Под санками в канавке плывут овсинки, наёрзывают льдышки. На припеке яснеют камушки. Нас уже поджидает Антон Кудрявый, совсем великан, в белом, широком полушубке.
– На руки тебя приму, а то задавят, – говорит Антон, садясь на корточки, – папашенька распорядился. Легкой же ты, как муравейчик! Возьмись за шею... Лучше всех увидишь.
Я теперь выше торга, кружится подо мной народ. Пахнет от Антона полушубком, баней и... пробками. Он напирает, и все дают дорогу; за нами Горкин. Кричат; “ты, махонький, потише! колокольне деверь!” А Антон шагает – эй, подайся!
Какой же великий торг!
Широкие плетушки на санях, – всё клюква, клюква, всё красное. Ссыпают в щепные короба и в ведра, тащат на головах.
– Самопервеющая клюква! Архангельская клюкыва!..
– Клю-ква... – говорит Антон, – а по-нашему и вовсе журавиха.
И синяя морошка, и черника – на постные пироги и кисели. А вон брусника, в ней яблочки. Сколько же брусники!
– Вот он, горох, гляди... хороший горох, мытый. Розовый, жёлтый, в санях, мешками. Горошники – народ веселый, свои, ростовцы. У Горкина тут знакомцы. “А, наше вашим... за пуколкой?” – “Пост, надоть повеселить робят-то... Серячок почём положишь?” – “Почём почёмкую – потом и потомкаешь!” – “Что больно несговорчив, боготеешь?” Горкин прикидывает в горсти, кидает в рот. – “Ссыпай три меры”. Белые мешки, с зелёным, – для ветчины, на Пасху. – “В Англию торгуем... с тебя дешевше”.
А вот капуста. Широкие кади на санях, кислый и вонький дух. Золотится от солнышка, сочнеет. Валят её в ведерки и в ушаты, гребут горстями, похрустывают – не горчит ли? Мы пробуем капустку, хоть нам не надо.
Огородник с Крымка суёт мне беленькую кочерыжку, зимницу, – “как сахар!”. Откусишь – щёлкнет.
А вот и огурцами потянуло, крепким и свежим духом, укропным, хренным. Играют золотые огурцы в рассоле, пляшут. Вылавливают их ковшами, с палками укропа, с листом смородинным, с дубовым, с хренком. Антон даёт мне тонкий, крепкий, с пупырками; хрустит мне в ухо, дышит огурцом.
– Весело у нас, постом-то? а? Как ярмонка. Значит, чтобы не грустили. Так, что ль?.. – жмёт он меня под ножкой.
А вот вороха морковки – на пироги с лучком, и лук, и репа, и свёкла, кроваво-сахарная, как арбуз. Кадки солёного арбуза, под капусткой поблёскивает зелёной плешкой.
– Редька-то, гляди, Панкратыч... чисто боровки! Хлебца с такой умнёшь!
– И две умнёшь, – смеётся Горкин, забирая редьки. А вон – соленье; антоновка, морошка, крыжовник, румяная брусничка с белью, слива в кадках... Квас всякий – хлебный, кислощейный, солодовый, бражный, давний – с имбирём...
– Сбитню кому, горячего сбитню, угощу?..
– А сбитню хочешь? А, пропьём с тобой семитку. Ну-ка, нацеди.
Пьём сбитень, обжигает.
– Постные блинки, с лучком! Грещ-щневые-ллуковые блинки!
Дымятся луком на дощечках, в стопках.
– Великопостные самые... сах-харные пышки, пышки!..
– Грешники-черепенники горря-чи, Горрячи греш-нички..!
Противни киселей – ломоть копейка. Трещат баранки. Сайки, баранки, сушки... калужские, боровские, жиздринские, – сахарные, розовые, горчичные, с анисом – с тмином, с сольцой и маком... переславские бублики, витушки, подковки, жавороночки... хлеб лимонный, маковый, с шафраном, ситный весовой с изюмцем, пеклеванный...
Везде – баранка. Высоко, в бунтах. Манит с шестов на солнце, висит подборами, гроздями. Роются голуби в баранках, выклёвывают серединки, склёвывают мачок. Мы видим нашего Мурашу, борода в лопату, в мучной поддёвке. На шее ожерелка из баранок. Высоко, в баранках, сидит его сынишка, ногой болтает.
– Во, пост-то!.. – весело кричит Мураша, – пошла бараночка, семой возок гоню!
– Сбитню, с бараночками... сбитню, угощу кого...
Ходят в хомутах-баранках, пощёлкивают сушкой, потрескивают вязки. Пахнет тепло мочалой.
– Ешь, Москва, не жалко!..
А вот и медовый ряд. Пахнет церковно, воском. Малиновый, золотистый,– показывает Горкин, – этот называется печатный, энтот – стёклый, спускной... а который тёмный – с гречишки, а то господский светлый, липнячок-подсед. Липонки, корыта, кадки. Мы пробуем от всех сортов. На бороде Антона липко, с усов стекает, губы у меня залипли. Будочник гребёт баранкой, диакон – сайкой. Пробуй, не жалко! Пахнет от Антона медом, огурцом.
Черпают черпаками, с восковиной, проливают на грязь, на шубы. А вот – варенье. А там – стопками ледяных тарелок – великопостный сахар, похожий на лёд зелёный, и розовый, и красный, и лимонный. А вон, чернослив мочёный, россыпи шепталы, изюмов, и мушмала, и винная ягода на вязках, и бурачки абрикоса с листиком, сахарная кунжутка, обсахаренная малинка и рябинка, синий изюм кувшинный, самонастояще постный, бруски помадки с ёлочками в желе, масляная халва, калужское тесто кулебякой, белевская пастила... и пряники, пряники – нет конца.
– На тебе постную овечку, – суёт мне беленький пряник Горкин.
А вот и масло. На солнце бутыли – золотые: маковое, горчишное, орешное, подсолнечное... Всхлипывают насосы, сопят-бултыхают в бочках.
Я слышу всякие имена, всякие города России. Кружится подо мной народ, кружится голова от гула. А внизу тихая белая река, крохотные лошадки, санки, ледок зелёный, чёрные мужики, как куколки. А за рекой, над тёмными садами, – солнечный туманец тонкий, в нем колокольни-тени, с крестами в искрах, – милое мое Замоскворечье.
– А вот, лесная наша говядинка, грыб пошел! Пахнет солёным, крепким. Как знамя великого торга постного, на высоких шестах подвешены вязки сушеного белого гриба. Проходим в гомоне.
Лопаснинские, белей снегу, чище хрусталю! Грыбной елараш, винегретные... Похлёбный грыб сборный, ест протопоп соборный! Рыжики солёные-смолёные, монастырские, закусочные... Боровички можайские! Архиерейские грузди, нет сопливей!.. Лопаснинскне отборные, в медовом уксусу, дамская прихоть, с мушиную головку, на зуб неловко, мельчей мелких!..
Горы гриба сушёного, всех сортов. Стоят водопойные корыта, плавает белый гриб, темный и красношляпный, в пятак и в блюдечко. Висят на жердях стенами. Шатаются парни, завешанные вязанками, пошумливают грибами, хлопают по доскам до звона: какая сушка! Завалены грибами сани, кули, корзины...
– Теперь до Устьинского пойдет, – грыб и грыб! Грыбами весь свет завалим. Домой пора.
Кривая идёт ходчей. Солнце плывёт, к закату, снег на реке синее, холоднее.
– Благовестят, к стоянию торопиться надо, – прислушивается Горкин, сдерживая Кривую, – в Кремлю ударили?..
Я слышу благовест, слабый, постный.
– Под горкой, у Константина-Елены**. Колоколишко у них ста-ренький... ишь, как плачет!
Слышится мне призывно – по-мни... по-мни... и жалуется как будто.
Стоим на мосту, Кривая опять застряла. От Кремля благовест, вперебой, – другие колокола вступают. И с розоватой церковки, с мелкими главками на тонких шейках, у Храма Христа Спасителя, и по реке, подальше, где Малюта Скуратов жил, от Замоскворечья, – благовест: все зовут. Я оглядываюсь на Кремль; золотится Иван Великий, внизу темнее, и глухой – не его ли – колокол томительно позывает – по-мни!..


*) Устьинский мост - Малый Устьинский мост, построен в 1881 г. через р. Яузу, впадающую в р. Москву у Котельников (напротив современной высотки на Котельнической набережной). Т.е., торговые ряды занимали весь берег р. Москвы от стен Кремля до Яузы и Красную площадь.

**) Церковь Святых Константина и Елены — церковь, существовавшая в Московском Кремле рядом с Константино-Еленинской башней (между Спасской и Беклемишевской башнями). Уничтожена в 1928 году.



Ярмарка с. Бор Нижегородской губернии. Начало XX века.
башка

С нами крестная сила!



Кажется, Николай Васильевич Гоголь всё-таки жив и пишет меню для ресторанов.

Корчма
«Вечера на хуторе», г. Москва.
"Здесь радушно встретят представителей разных поколений. Дети с удовольствием играют и рисуют, взрослые непринужденно общаются. Между сменой блюд можно устроить интересную фотосессию в деревенском интерьере или же рядом с большими фигурами Панночки, Вакулы и Гоголя (рассказывают, что Гоголь и Панночка как живые). Через дорогу от ресторана находится храмовый комплекс Преподобного Сергея Радонежского, поэтому здесь удобно проводить мероприятия после обрядов венчания и крещения".
А вот и меню:

"Тарас Бульба" - стерлядь, "плывущая по волнам рыбного желе в сопровождении тигровых креветок" (здесь и далее - оригинальный текст),
"Вертихвостка черноморская" - жаренная на сковороде камбала,
"Язык Облизун" - мясная закуска из говяжьего языка,
"Восторг порося" - обжаренная свиная корейка в сухарях (восторг, видимо, испытывается жареным боровом при первых же коликах у едока).

отсюда

Ресторан "Диканька корчма", г. Краснодар. Надеюсь, и там недалеко до церкви.
В меню:

"Паночка-Гурманочка" - салат из овощей,
"Солоха" - мясной салат,
"Гарна птаха" - жареный цыплёнок,
ичница деда Миколы" - яичница с домашней колбасой (фотки блюд на сайте отсутствуют),
"Верещака" - свинина на "шкворчащей скородке",
"Цыпочкина ляжка" - куриная ножка фаршированная.
Сдаётся, что простой любовью к украинской кухне такие формулировки не объяснить.
отсюда

Ресторан "Диканька", г. Магнитогорск.
В меню:


"Паночка-гурманочка" - овощной салат (это уже признание),
"Москальскі вареники от Солохи" - пельмени (Урал всё же),
"Чаривний казанок" - жаркое из свинины,
"
Курчатко від козака Чуба" - половина жареного цыпленка с квашеной капустой (козак Чуб, часом, не від Курчатовского института?),
"Вушка Пiд-горiлочку" - закуска из маринованных свиных ушей,
"Горiлка з рiдної україни - батькова на пупырышках" - крепкий напиток.
отсюда

Во время чтения меню пупырышки должны идти по всему телу. Иначе горилка ненастоящая.
башка

Нечего тебе слонов продавать, учи молитвы!

В доме открыты форточки, и слышен плачущий и зовущий благовест -
по-мни.. по-мни... Это жалостный колокол, по грешной душе плачет. Называется
- постный благовест. Шторы с окон убрали, и будет теперь по-бедному, до
самой Пасхи. В гостиной надеты серые чехлы на мебель, лампы завязаны в
коконы, и даже единственная картина, - "Красавица на пиру", - закрыта
простынёю.
Преосвященный так посоветовал. Покачал головой печально и прошептал:
"греховная и соблазнительная картинка!" Но отцу очень нравится - такой шик!
Закрыта и печатная картинка, которую отец называет почему-то -
"прянишниковская", как старый дьячок пляшет, а старуха его метлой колотит.
Эта очень понравилась преосвященному, смеялся даже. Все домашние очень
строги, и в затрапезных платьях с заплатами, и мне велели надеть курточку с
продранными локтями.Collapse )
башка

Говорят, лосиное лакомство. Кто ж их знает, лосей этих

09-14 мухоморы 2
Ничего нет их ярче и привлекательнее в осеннем лесу. Стоит такой блаженный соборик, а вокруг - целое восточное царство. Между прочим, верный признак - ищи рядом белые грибы.[+30]09-14 мухоморы 1

Больше грибов постить не буду, клянусь
П_Ц

Подберёзовики вместо белых грибов и свинушки вместо опят

P12-09-12_12.58

Рыба, товарищи, - это полная ерунда по сравнению с грибами. Фальсификацию грибов просто не с чем сравнить. Самая популярная подмена – сушёные подберёзовики вместо белых грибов.  Цены, конечно, разные: килограмм сушёных подберёзовиков стоит значительно дешевле. Чаще всего подделывают ножки, и, зная об этом, опытные покупатели стараются брать шляпки. Увы, рядом с настоящими шляпками ловкачи стали нанизывать суррогатные ножки. Иногда эти жулики используют шляпки подосиновиков или поддубовиков. Очень дорогие трюфели в ресторанах подделывают сморчками, а в этом случае разница в цене просто колоссальна. Особенно трудно заметить подмену в приготовленном блюде - запах и вкус у подделки может отличить только дрессированная свинья.

Впрочем, купить дешевые грибы втридорога - ещё не самое страшное. Скажем, ядовитая серо-жёлтая рядовка практически не отличается от безобидной зеленушки, а последствия могут быть самые трагичные. О том, что грибной скандал для России не менее актуален, чем, скажем, для Канады или Японии, говорит статистика. Больше грибов не травятся даже подделанными морепродуктами. Эксперты уверены, что причина как раз в незаконной замене одного вида на другой. К сожалению, из-за отсутствия правовой базы проследить путь какого-нибудь опёнка от корзинки грибника до прилавка дорогого магазина в центре Москвы или Петербурга практически невозможно.

Тревогу о том, что мясной скандал сменился рыбным, а рыбный - грибным, первыми забили в Южной Пенсильвании. Международная организация по охране грибов в этом регионе обнародовала шокирующие данные: 30% грибов там не соответствует заявленному наименованию. Ситуация в Западной Оклахоме ещё хуже - там подделывают 40% всей грибов. После анализа ДНК выяснилось, что в ресторанах более дешёвыми грибами заменяют чаще всего трюфели (в 77% случаев)  и белые грибы (49%). Редкость, если официант подаст и настоящие маринованные опята: в 29% случаев их заменяют маринованными молодыми свинушками. Безопасней всего, по мнению исследователей, заказывать солёные грузди, особенно в Сибири - там их практически не подделывают. Там вообще суровый народ, да и грузди у них с тарелку - лучше не связываться.

Всё чаще проходят так называемые грибные процессы. Например, одному оптовому торговцу дали 3 года за то, что он выдавал обыкновенную хруплянку за очень редкую псатиреллу. Единственный гриб, из-за которого ещё не возбуждали уголовные дела – это сыроежки. Да и то - не подделывают их только в России. В Китае же вместо сыроежки такое могут подсунуть, что... впрочем, чего они там только не могут.
башка

Когда нужно чёрта, то и ступай к чёрту

Вот что бы ни написал Гоголь, обязательно сбудется. Это каждый полещук знает, а теперь и вы знайте. Ну, разве что Пузатый Пацюк теперь во ВЦИКе, в Москве. То ли из Диканьки его выгнали, то ли с самого Петербурга привезли, только знает он всех чертей и всё сделает, что захочет. И это тоже Гоголь придумал.

Вчера к Пацюку во ВЦИК ходил голодающий казак. Из Астрахани. Пацюк, понятное дело, сидел над миской и ртом хлебал галушки.
- Я к твоей милости пришел, Пацюк, - сказал казак, кланяясь, - ты, говорят, не во гнев будь сказано, приходишься немного сродни чёрту.
Сказав это, казак испугался, ожидая, что колдун заставит и его есть галушки, однако продолжил.
- К тебе пришел, Пацюк, дай боже тебе всего. Пропадать приходится мне, грешному, ничто не помогает на свете. Что будет, то будет, приходится просить помощи у самого чёрта. Что ж, Пацюк, как мне быть?
- Когда нужно чёрта, то и ступай к чёрту, - отвечал Пацюк, глядя на ширму в углу.
- Для того-то я и пришел к тебе, - отвечал казак, отвешивая поклон, - кроме тебя, думаю, никто на свете не знает к нему дороги.
- Не нужно далеко ходить, чёрт всегда рядом, - произнёс равнодушно Пацюк.
В это время из миски вылетел вареник, шлёпнулся в сметану, подскочил вверх и полетел колдуну в рот. Пацюк проглотил, снова разинул рот и съел следующий вареник.
"Вишь какое диво на Москве, - подумал астраханец, разинув от удивления рот, а вареник уже лезет и к нему в рот. Выплюнул он и начал размышлять о том, какие чудеса бывают на свете и до каких мудростей доводит человека нечистая сила, заметя притом, что один только Пацюк может помочь ему. "Поклонюсь ему ещё, пусть растолкует хорошенько. Однако, что за чёрт, ведь я ж голодаю, а он, собака, ест скоромные вареники. Что я, в самом деле, за дурак, стою тут и греха набираюсь?" - и опрометью побежал до самой Астрахани.
Только за ним дверь хлопнула, из-за ширмы вылез плешивый чёрт.
- Ты бы, Пацюк, помягче с голодающими. Инаугурация скоро...
башка

Рецепт

Оригинал взят у dimkin в Рецепт
Рецепт приготовления чего угодно в русской печке:

Протопить русскую печку.
Положить, насыпать, нарубить или напилить в казан что угодно, но желательно съедобное. Можно и не рубить - главное, чтобы влезло.
Посыпать или залить чем угодно. Можно также ничем не посыпать и не заливать.
Поставить в печь и забыть.

Вспомнить, достать и есть. Время воспоминания может быть любым - хоть две минуты, хоть двое суток.
Если есть невозможно, отдать собаке-степану.

Всё.

------------
Пока это писал, в печи готовился обледенелый судак, которого я принёс из сеней и как попало порубил топором.
Попробовал.
Увы, Степан, но утром в твоей турме опять макароны.

Упокой души и царствие небесное Дмитрию.